Геннадий Бочаров: Взрывная волна фронта отбрасывала Николая Жужому в тыл

Он жил и работал в провинциальном городке Глухов. Пораженный историей ветерана Отечественной войны, я написал о нем в «Комсомольской правде». За неделю до празднования Дня Победы Николая Ивановича Жужому пригласил в Москву министр обороны СССР А.А. Гречко. Судьба бывшего беспризорника и солдата поразила не только простых читателей, но и высоких должностных лиц.

Геннадий Бочаров: Взрывная волна фронта отбрасывала Николая Жужому в тыл

Первое ранение: осколок снаряда приковал каску к голове. Осколок вошел не весь: его рваный край торчал, как кусок коры. Разъединить осколок с черепной костью не смогли ни в одном из полевых госпиталей. Не смогли и в Полтаве. Операция удалась лишь в Уфе. Через 3 месяца Николай вернулся на передовую. Второе серьезнейшее ранение он получил в бою за днепровскую переправу. Бой помог решить стратегическую задачу. Раненого Николая переправили в Ташкент. В списках его воинской части он уже значился как погибший. Даже в наградных документах была пометка — "посмертно". После лечения снова вернулся на передовую. К тому моменту, когда он сыграл одну из основных ролей в операции по освобождению из гитлеровского капкана группировки союзников — одной гранатой, точно брошенной в окно штаба, сразу "убрал" его фашистскую верхушку — у него уже было два тяжелейших ранения с контузией и семь пулевых. Последний свой бой и последнее , одиннадцатое, ранение он получил в горах Югославии…

16 медалей; 2 ордена Красной Звезды; рядом с красными звездами — Золотая и Серебряная. Он — Герой Советского Союза. (бой за переправу). Документ к Серебряной: "Президент Соединенных Штатов Америки в соответствии с решением Конгресса наградил Серебряной звездой Николая Ивановича Жужому (СССР) за храбрость в бою. Всем, кто видит эту награду, — приветствовать!"

Ни разу, ни при каких обстоятельствах, человек, отмеченный высшими знаками доблести двух великих держав (плюс Югославии), не обратился за помощью или с просьбой ни к одному должностному лицу. Ни в Глухове, ни в Москве, ни в Вашингтоне или Белграде. Все — сам. И всегда — сам.

В годы войны Коля Жужома был, по существу, юн: к 9 Мая 1945 года ему едва исполнилось 23 года.

Источник: rg.ru

0

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.