Почему в Петербурге от тополей оставили обрубки

В Петербурге распространяется новая мода в деле обрезки деревьев: от дерева оставляют только ствол, все ветки срезают подчистую. Горожане недовольны, ведь выглядят такие деревья, мягко говоря, пугающе. Но чиновники от благоустройства заверяют: все в порядке, деревья таким образом омолаживают.

Практика, когда от дерева оставляют только ствол, в техрегламенте по зеленым насаждениям называется "остолб­лением". Увидеть примеры такого подхода к ландшафтному дизайну можно по всему городу.

Доцент кафедры ландшафтной архитектуры Лесотехнического университета имени Кирова Виктор Смертин сетует, что вся проблема в тополях. Ими массово засаживали Петербург в первые годы после войны, и сейчас многие деревья уже отжили свой век. Старые тополя крайне опасны: при штормовом ветре они могут упасть.

Например, в июне прошлого года за две недели рухнуло более 180 деревьев. По счастливой случайности обошлось без жертв. Соответственно, старые тополя, которые на языке чиновников называются "деревьями-угрозами", либо сносят, либо обрезают по самый ствол.

Ольга Гнездилова, пресс-секретарь комитета по благо­устройству, заверяет, что в самом остолблении нет ничего дурного, это вид омолаживающей обрезки, который позволяет продлить жизнь дереву на несколько лет.

Получается этакая полумера, чтобы не рубить дерево здесь и сейчас. Правда, неприглядный вид деревьев вызывает острую реакцию горожан.

— Оставляя стволовую часть без ветвей, растение обрекают на постепенную гибель. Самым варварским способом с деревьев обдирают кору, оставляя их умирать, чтобы впоследствии объявить представляющими угрозу, — негодует жительница Василеостровского района Надежда Жижина. Надежда собрала более 3,5 тысячи подписей против омолаживающей обрезки на Большом проспекте Васильевского острова.

Активисты движения "Красивый Петербург" утверждают, что практика остолбления деревьев не имеет под собой нормативных оснований.

Общественники до последней запятой изучили технологический регламент производства подобных работ и обнаружили, что в документе действительно разрешается проводить остолбление деревьев. Но в то же время сам техрегламент опирается на три нормативных акта. Среди них городской закон "О зеленых насаждениях" и СНиП "Благоустройство территорий", однако в данных документах про обрезку деревьев вообще не говорится. Третий основополагающий документ — правила создания, охраны и содержания зеленых насаждений в городах Российской Федерации, разработанные Госстроем. Там термина "остолбление" тоже нет, указано лишь, что допускается глубокая обрезка ветвей. То есть формулировки, разрешающие полное срезание ветвей, в вышестоящем документе отсутствуют.

Соответственно, как говорит активист "Красивого Петербурга" Андрей Воронин, отсутствуют и основания для того, чтобы проводить остолбление. Между тем, в комитете по благоустройству "РГ" сообщили, что глубина обрезки в каждом случае решается индивидуально.

Ситуация осложняется еще и тем, что с бензопилами на участки зачастую приходят непрофессионалы. Помимо садово-парковых хозяйств, специализированных учреждений, которые занимаются содержанием парков, скверов и аллей в черте города, за такие работы берутся конторы, которые вообще не имеют никакого отношения к лесовосстановлению.

Например, администрация Кировского района Петербурга заплатит миллион 721 тысячу рублей компании под названием ООО "Гратис" за приведение в порядок 280 деревьев. Согласно данным УФСН, основной вид деятельно­сти этой фирмы — строительство зданий. У нее насчитывается 27 сопутствующих видов деятельности: от торговли до монтажа строительных конструкций. Ни единого пункта про ландшафтный дизайн или садово-парковые работы. К слову, эта же фирма за 496 тысяч рублей займется "омоложением" деревьев и на территории городского противотуберкулезного диспансера.

А в Кировском районе еще один контракт на 401 тысячу рублей достался индивидуальному предпринимателю Анастасии Раскатовой, которая специализируется на деятельности, связанной с архитектурой. В едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей не сказано ни слова, что Раскатова имеет какое-то отношение к зеленым насаждениям. Но это не помешало ей выигрывать не только районные, но и муниципальные контракты. Например, за 90 тысяч рублей она проследит за состоянием деревьев в поселке Усть-Ижора.

Таким образом, нет никаких гарантий, что в фирмах, специализирующихся на чем угодно, кроме лесовосстановления, смогут определить, какие деревья нужно побелить, а какие — спилить до пня. А выживут ли они после этих манипуляций — вопрос уже десятый.

Источник: rg.ru

0
comments powered by HyperComments