Как «подружить» российские школы с дислексией

Если ваш ребенок не любит читать, не спешите говорить, что он балбес. Возможно, ему требуется помощь специалистов: логопеда, невролога, нейропсихолога. Сделать так, чтобы родители об этом узнали — такую задачу ставят перед собой общественные организации, ученые и родители детей с особенностями развития, которые уже знают о проблеме.

Мария Пиотровская до прошлого года была одной из самых влиятельных российских женщин-банкиров по версии журнала Forbes, однако оставила карьеру ради нового детища — Ассоциации родителей и детей с дислексией. В основе, как это чаще всего бывает, личная история — проблемы 15-летней дочери.

— В России такой статистики нет, а по западным данным около пятой части всех детей испытывают трудности в школе при освоении чтения и письма, — поясняет Пиотровская. — Но в нашей школе слова "дислексия" не было, и никто не знал, почему ребенок не справляется с учебой.

Корни проблемы — опять-таки в разрушенной советской системе: раньше существовали речевые детские сады, в школе работали логопеды. Сейчас этих специалистов нет даже в районных поликлиниках. И следовало бы вернуть медико-педагогические центры, в которых невролог, нейропсихолог, логопед поставят диагноз и разработают методики коррекции — хотя сама Мария Пиотров-ская это слово очень не любит. Пока такую диагностику делают силами Ассоциации в Москве.

Вообще родители подчеркивают, и ученые с ними согласны, что дислексия — это просто особенность развития. Часто ее называют "болезнью гениев" — у дислексиков больше развито правое полушарие головного мозга, отвечающее за творческие способности.

— Это не дар и не наказание, — убеждена руководитель лаборатории междисциплинарных исследований развития человека Елена Григоренко, которая сейчас работает в стенах Санкт-Петербургского университета в рамках мегагранта, — это особенность. Люди различаются по росту, по весу, по цвету глаз и по способности воспринимать письменную речь.

Существует точка зрения, что такие особенности — это "плата за талант": правильно читать и писать не могли Агата Кристи, Ганс Христиан Андерсен, Альберт Эйнштейн, Томас Эдисон, Пабло Пикассо. Однако эта особенность сильно мешала в социуме, который не понимает природы их орфографических ошибок. Дочь Марии Пиотровской перешла на домашнее обучение. Но в целом необходимо принести понимание этой особенности в обычные средние школы, в этом сходятся и родители, и ученые.

За основу может быть взята американская модель: там давно есть понятие dyslexic friendly school. На русский язык это перевести сложно, но примерно: "школы, учитывающие особенности дислексиков". Им, например, может быть дано больше времени на экзамене — ведь они читают медленнее. А при проверке диктанта учитель не учитывает ошибки, когда местами постоянно меняются буквы "и" и "у"… В общем, по словам Марии Пиотровской, нужно "изменить особенности системы образования так, чтобы она не оскорбляла детей с дислексией". Но для этого сначала нужно о ней узнать.

Важно знать

Специалисты советуют обратить внимание на то, как ведет себя ребенок при приготовлении домашних заданий. Например, он неправильно держит ручку и отказывается читать вслух, а в повседневной жизни путает понятия "право-лево".

Источник: rg.ru

0
comments powered by HyperComments