Почему у Николы Можайского из Перми в руках Киево-Печерская лавра

— А почему дедушка в руках домик держит? — спрашивает отца маленький сынишка.- Он его из Лего собрал? А почему у него такие окна?

Почему у Николы Можайского из Перми в руках Киево-Печерская лавра

Разговор происходит в городской художественной галерее, в зале с уникальной коллекцией пермской деревянной скульптуры, в которой собрано более 300 объемных изображений Христа и православных святых, созданных с конца XVII по начало XX века.

"Дедушка" — это Николай Чудотворец (Можайский) — защитник многих русских городов, приходящий на помощь православным в лихую годину войн и междоусобиц. В одной руке он держит меч как символ защиты военной, в другой тот самый "домик" — Успенский собор Киево-Печерской лавры.

По легенде, в XII веке святитель Николай спас от разрушения город Можай. Жители его, долгое время находящиеся в окружении, обратились за спасением к Господу. В ответ на мольбы в небе появилась фигура святого Николая, держащего в правой руке сверкающий меч, а в левой как бы град Можай. Увидев знамение, враг в страхе отступил от города.

Юный исследователь прекрасного вскоре направил свой интерес на деревянных ангелов с крыльями, держащих в руках то дудочку, то молоток. Спрашивал у отца, почему у "этого дяденьки" кровь на лбу, а "у этого нет пальцев".

А мне стало интересно: почему в руках у "пермского бога" — так иногда называют экспонаты деревянной коллекции — оказался макет храма, отстоящего от уральской деревеньки на расстоянии почти в две с половиной тысячи километров?

Как поясняют искусствоведы, с момента совершения "можайского" чуда каждый православный город хотел иметь "своего" Николая. Поэтому икон с изображением этого святого очень много. И в каждом отдельном случае на иконах изображаются разные храмы. Как правило, это святыни той или иной местности, знакомые ее жителям и давно намоленные места.

Куда логичнее было бы такую скульптуру сделать с изображением какого-либо пермского храма. Кстати, в пермской коллекции деревянных богов фигур святителя Николая несколько. Но только один держит в руках храм из столь далеких от Прикамья земель.

Как и большинство экспонатов коллекции, этот Николай Можайский был найден и привезен в Пермь первым директором галереи Николаем Серебренниковым.

Местный исследователь и искусствовед в 20-е годы прошлого века совершил несколько экспедиций по городам и селам Прикамья, в заброшенных церквях и часовнях по крохам собирая единственные в своем роде деревянные православные скульптуры.

Есть легенда, что богов вырезали коми-пермяки, живущие на севере края, которые еще долгое время после принятия христианства оставались язычниками. Несмотря на то что попытка официальной церкви запретить создание объемных изображений святых была предпринята еще в XVII веке, местные мастера-пермяки продолжали вырезать деревянные изваяния.

Николай с Успенским собором в руках был найден в деревне Зеленята, что на юго-западе Прикамья. По каким соображениям местный художник выбрал именно эту Киевскую святыню? Ведь на Урале, в той же Чердыни, храмов было огромное количество? И вообще, что связывает киевскую и пермскую земли?

За ответами на эти вопросы я обратилась в пермскую епархию, но там мало что знали про историю этого памятника религиозной культуры и особенно помочь не смогли.

— Возможно, художник, который создавал эту скульптуру, просто когда-то бывал в главном киевском храме и решил, что это лучшее, что может оградить православных пермяков от искушений внутренних и внешних, — предположил иконописец отец Алипий. — А может, и не знал художник, что за храм он изображает.

Впрочем, искусствоведы склоняются к тому, что выбор художника все же был осознанным. В качестве аргумента они приводят тот факт, что в XVII-XVIII веках в храмах и церквях пермских земель служило очень много выходцев из южнорусских земель. Страна была едина, а Успенский храм — всеобщая святыня.

В XVII-XVIII веках в храмах пермских земель служило очень много выходцев из южнорусских земель. Страна была едина, а Успенский храм — всеобщая святыня

Две территории одного государства, как бы далеко ни находились друг от друга, имели между собой прямые контакты. Как духовные и культурные, так и торгово-экономические. У тех же солепромышленников Строгановых, например, во владении которых находились пермские земли, были весьма обширные связи с южными регионами России.

По мнению хранителя коллекции пермской деревянной скульптуры Ксении Зубакиной, фигура Николая Можайского из Зеленят могла быть выполнена не художником-любителем, а иконописцами Пыскорского монастыря, находящегося во владениях Строгановых.

— Когда в конце XVII века Пыскорский монастырь закрылся, часть утвари, церковных облачений и храмового убранства передали в Пермь, в Спасо-Преображенский собор, — рассказывает Ксения Зубакина. — Но деревянную фигуру Николая Можайского оставить в главном городском соборе, видимо, побоялись. Ведь тогда по указу Синода нахождение скульптур в храмах было запрещено. Потому ее отправили с глаз долой в деревню Зеленята.

Зато там скульптуру почитали как главную святыню. В день Николы летнего в Зеленятах образовывалось целое паломничество: с окрестных сел и деревень люди шли поклониться святыне.

Поговаривают, что после того как скульптуру забрали в музей, деревня стала потихоньку приходить в упадок, а сейчас в ней уже вообще почти никого не осталось. Как тут не задуматься и не поверить в силу чудотворца, призванного всячески охранять поселение.

Впрочем, у доктора изобразительных искусств Ольги Власовой есть другая версия появления этой фигуры в Пыскорском монастыре. Она предполагает, что Никола Можайский, возможно, был доставлен в Пыскор из центральных регионов страны, куда современные европейские — в том числе и киевские — веяния в части скульптурно-религиозной "моды" доходили без особых помех.

— Украинские тенденции вполне могли проникать на Урал через Москву, потому что в XVII веке в Оружейной палате работало много выходцев из южнорусских земель, — говорит она. — Да и сам иконописец Симон Ушаков — не остался в стороне от живоподобной манеры письма и влияния европейских пластических тенденций.

По ее словам, такой западный стиль в иконописи и церковном зодчестве был просто адаптирован к пермским храмовым комплексам. Однако прямых доказательств этой версии у историков тоже нет.

Но доказательством того, что связи между Киевом и Пермью в те времена были достаточно тесные, служит другой факт, на этот раз задокументированный. Когда в XIX веке в Успенском соборе Киево-Печерской лавры проводилась последняя масштабная реконструкция, обновлением храмовых росписей руководил уроженец Перми живописец Василий Петрович Верещагин.

Жаль только, что работы его не сохранились. В 1941 году храм был полностью разрушен. И по большому счету пермская версия Успенского собора весьма раритетна, ибо исторически это аутентичное изображение храма. Одно из немногих сохранившихся.

Почему у Николы Можайского из Перми в руках Киево-Печерская лавра Общество Религия Вопрос автокефалии на Украине

Источник: rg.ru

0

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.