Нефтяная сделка на грани нервного срыва. Обобщение

Прошедшие в среду-пятницу заседания могут по праву считаться самыми напряженными и драматичными в истории сделки по ограничению добычи

Нефтяная сделка на грани нервного срыва. Обобщение

Всю прошлую неделю мировой рынок нефти провел на грани нервного срыва, наблюдая, как крепкий в недавнем прошлом союз стран ОПЕК+ чуть было не распался на фоне неблагоприятной геополитической обстановки. Только страх перед волатильностью цен и хрупкая вера в собственные возможности по их стабилизации смогли удержать сделку ОПЕК+ от развала.

Прошедшие в среду-пятницу заседания мониторингового комитета ОПЕК+, затем министров стран ОПЕК, а после министров стран ОПЕК и стран, не входящих в картель, могут по праву считаться самыми напряженными и драматичными в истории сделки по ограничению добычи. Все понимали, что ситуация крайне нестабильная и политически «неблагонадежная», и что совместное сокращение добычи нефти будет наиболее оптимальным вариантом стабилизации рынка, но и снижать производство на фоне цены в $60 за баррель в реальности никому не хотелось. Несколько раз казалось, что министры после тяжелых многочасовых переговоров разойдутся, так и не выработав единого решения. «Таких трудных переговоров у нас еще не было», — пожаловался министр Ирана Бижан Намдар Зангане, случайно получивший диктофоном по голове во время стычки своего охранника с журналистами.

Непредсказуемая геополитика

«Основная причина сложных переговоров в том, что много неопределенностей осталось на рынке. И сегодня не только баланс спроса и предложения влияет на ситуацию и на цены, но и такие факторы, как торговые войны между странами. Сначала договорились США с Китаем об отсрочке пошлин, затем происходит ситуация, связанная с арестом заместителя руководителя одной китайской компании. Это резко влияет на рынок. И таких ситуаций может постоянно возникать очень много. Мы видим, что во многих странах сейчас непростая экономическая ситуация, инфляция сейчас растет громадными темпами, а это снижает спрос на соответствующие углеводороды. Мы видим, что постоянно вводимые США санкции относительно разных стран, разных физических и юридических лиц — это тоже неопределенности, которые негативно сказываются на рынке. Это все может очень сильно повлиять как в одну, так и в другую сторону», — пытался объяснить ситуацию глава Минэнерго РФ Александр Новак.

Действительно, переговоры проходили на фоне непредсказуемой геополитической ситуации. В течение всего 2018 года цены на нефть уверенно росли на фоне резкого падения добычи в Венесуэле и обещаний США ввести жесткие санкции в отношении Ирана. К началу ноября стоимость нефти подскочила до $80 за баррель.

Россия и Саудовская Аравия летом приступили к постепенному повышению добычи. К ноябрю производство нефти в Саудовской Аравии уже вышло на уровень 11,2 млн б/с, а в России — вообще побило исторический рекорд в 11,4 млн б/с. Тогда участники сделки заговорили, что соглашение об ограничении добычи нефти не будет продлено, а страны ОПЕК+ найдут новый формат взаимодействия.

Но президент США Дональд Трамп и его администрация в самый последний момент удивили всех, приняв мягкий вариант санкций в отношении иранской нефти. Согласно ему США разрешили Китаю, Индии, Италии, Греции, Японии, Южной Корее, Турции и Тайваню импортировать иранскую нефть в течение еще 180 дней, постепенно снижая объемы закупок. После этих новостей цены на нефть помчались вниз, как перегруженная телега с горы. За месяц они опустились до $58-59 за баррель.

Масла в огонь подлил Катар, который в преддверии заседания ОПЕК под давлением дипломатической опалы со стороны Саудовской Аравии неожиданно объявил о выходе из ОПЕК и желании сосредоточиться на газовых проектах. Катар занимал лишь 9-е место из 12 в добыче ОПЕК, его объемы добычи практически не заметны во всем производстве стран ОПЕК. Но это заявление наносило значительной урон авторитету соглашения — ведь столица Катара Доха была колыбелью всех договоренностей стран ОПЕК и не-ОПЕК по ограничению добычи.

После этого основные участники ОПЕК резко поменяли риторику и заговорили о необходимости коллективного сокращения добычи. «Еще месяц назад настроения на рынке были такими, что будет дефицит предложения, и все говорили о том, кто же покроет этот дефицит. Стоило принять более мягкие санкции (в отношении Ирана — ИФ), видим, что уже переизбыток на рынке. Причем эта волатильность может сохраняться, поэтому нельзя принимать скоропалительных решений, надо очень внимательно посмотреть, как будет развиваться ситуация, чтобы не получилось, что мы меняем свой вектор на 180 градусов», — говорил Новак в середине ноября.

«Ситуация на нефтяном рынке говорит о необходимости снизить поставки нефти на 1 млн баррелей в сутки с октябрьского уровня», — вторил ему глава Минэнерго Саудовской Аравии Халид аль Фалих.

Министерский мониторинговый комитет поддержал настроения министров Саудовской Аравии и России. И в среду около пяти часов вечера министр нефти Омана официально заявил, что мониторинговый комитет рекомендовал продлить сделку по сокращению добычи нефти на полгода с точкой отсчета сокращения в октябре 2018 года. Он отметил, что все, включая Россию, согласились, что сокращения нужны рынку. «Завтра ОПЕК обсудит формулу, как мы должны снижать. И я уверен, что будет консенсус до конца пятницы», — подчеркнул он.

Иран — твердый, как пармезан

В полночь (со среды на четверг) в Вену приехал министр нефти Ирана Зангане. А дальше, как в сказке про Золушку, нарядные фразы ОПЕК превратились в лохмотья, а рекомендации мониторингового комитета — в тыкву. «Иран должен быть освобожден от всех обязательств по ограничению уровней добычи нефти, пока действуют незаконные санкции», — объявил он, едва сойдя с трапа самолета.

Б.Зангане всячески демонстрировал рынку свое нежелание идти на поводу у ОПЕК. Он не стал участвовать в заседании министерского мониторингового комитета, а вместо этого провел встречу с министром нефти Катара Саадом аль-Кааби и обсудил с ним выход из ОПЕК.

На самих переговорах стран ОПЕК Зангане занял очень жесткую позицию: пока действуют санкции США и Саудовская Аравия занимает проамериканскую политику, Иран не будет участвовать в сделке. Переговоры длились весь вечер четверга и все утро пятницы, и в итоге зашли в тупик. Глава Минэнерго Саудовской Аравии аль-Фалих уже в четверг начал мрачно говорить об отсутствии консенсуса в переговорах ОПЕК по сокращению добычи.

В пятницу в Вену вылетел Новак. По приезде он сначала провел двухстороннюю встречу с самим Зангане, а потом с аль-Фалихом. По данным агентства Bloomberg, ОПЕК и Россия уговаривали Иран ради сохранения сделки согласиться на чисто символическое сокращение добычи, обеспечив все производство нефти на нужном уровне. Но Зангане был неумолим.

В итоге еще до начала итогового заседания стран ОПЕК и не-ОПЕК участники сделки вынуждены были признать за Ираном право на свободную добычу нефти и исключить его из всех решений по ОПЕК. Добившись своего, Зангане покинул здание картеля, не дожидаясь итогов заседания участников соглашения ОПЕК+. «Мы получили исключение, и получили письмо от ОПЕК, что Иран исключен из всех резолюций. Они (ОПЕК+) договариваются, и я уверен, что они достигнут соглашения, а я собираюсь в аэропорт», — уходя, сказал он.

В России сложные формулы и суровые зимы

Впрочем, сомнения в достижении консенсуса добавляла еще и Россия. В целом идея сокращения добычи нефти, как таковая, была одобрена российскими властями на самом высшем уровне. Президент России Владимир Путин в начале декабря после переговоров с наследным принцем Саудовской Аравии на саммите G20 (скрепленных знаменитым рукопожатием в стиле high five) заявил, что страны договорились снижать добычу. «Да, у нас есть договоренность продлить наше соглашение. Окончательной точки не поставлено по поводу объемов, но мы вместе с Саудовской Аравией будем это делать. И какая бы окончательная цифра ни появилась при этом совместном решении, мы договорились, что будем мониторить ситуацию на рынке и оперативно на нее реагировать», — сказал российский президент.

Вот только как применять эту идею в российских условиях дефицита бюджета, растущих цен на бензин, недовольства нефтяных компаний и, наконец, суровой зимы было не совсем понятно.

Глава Минэнерго Новак еще 5 декабря попытался объяснить эти проблемы мониторинговому комитету ОПЕК+. И не зря Новак возил в середине декабря своего друга и коллегу аль-Фалиха в порт Саббета на Ямале, когда там было больше минус 25 градусов мороза. Суровая российская зима, при которой нельзя в один момент прекратить работу всех малодебитных скважин, стала главным аргументом российской стороны в пользу постепенного снижения добычи нефти в течение нескольких месяцев. Как ни удивительно, позиция России нашла понимание почти у всех министров ОПЕК.

«У России есть сложности с добычей в Сибири и холодной погодой, но все понимают сложности России», — сказал журналистам по итогам мониторингового комитета министр нефти Омана Мохаммед Хамад аль-Румхи. «Вопрос сокращения одобрен российским президентом. Вопрос — на сколько, когда? У них несколько вариантов, очень сложная формула», — добавил аль-Фалих.

На встрече стран ОПЕК и не-ОПЕК позиция России была одобрена всеми участниками сделки ОПЕК. В итоге по условиям соглашения Россия в течение нескольких месяцев поэтапно снижает добычу на 228 тысяч баррелей в сутки — до 11,17 млн б/с.

Обновленное соглашение о сокращении добычи для России более выгодно, чем сохранение правил игры, принятых в декабре 2016 года. Согласно действующему соглашению, страна должна была добывать 10,947 млн б/с. Но в течение всего лета она активно наращивала добычу нефти за счет выпадающих объемов производства Венесуэлы. В октябре Росси побила даже советские рекорды, разогнав суточную добычу до 11,41-11,42 млн баррелей. По сути, в Вене Новаку удалось некоторым образом легализовать для мирового рынка и ОПЕК рост российского производства.

Мы даем вам стабильность, Мистер Трамп

Министр энергетики Саудовской Аравии на итоговой пресс-конференции в пятницу вечером объяснил, что новое соглашение ОПЕК+, при котором страны картеля сокращают добычу на 800 тысяч б/с, а страны не-ОПЕК на 400 тысяч б/с, выгодно всем, и в первую очередь потребителям.

Эти слова аль-Фалих адресовал напрямую президенту США Дональду Трампу, который регулярно обвинял ОПЕК в завышении цен и манипулировании на рынке нефти.

«Потребители нефти, к которым относятся в том числе и США, должны быть довольны тем, что мы приносим рынку стабильность», — сказал аль-Фалих, предупреждая очередные критические замечания Трампа. По его мнению, производители нефти и газа в США «облегченно вздохнули» от того, что страны ОПЕК+ «обеспечивают некоторую определенность на 2019 год», и компании могут формировать свои бюджеты.

Он подчеркнул, что низкие цены на нефть не нужны американской экономике, которая на текущий момент уже стала главной нефтедобывающей страной мира. По его словам, экономика США, скорее, страдает от собственной налоговой системы, а не от высоких цен на нефть.

При этом саудовский министр был довольно оптимистичен, оценивая влияние роста добычи в США на нефтяные котировки. «Даже несмотря на то, что США наращивали добычу фантастическими темпами в 2017 году, в 2018 году, у нас была возможность нарастить добычу. Российская добыча выросла. Не так давно, 2-3 года назад, добыча в Саудовской Аравии была на низких уровнях, и мы думали, что мы застрянем на том же уровне, но теперь мы здесь», — сказал он.

По словам аль-Фалиха, фантастический рост добычи в США не мешал другим производителям наращивать добычу нефти. «Поэтому я считаю, что мы можем и дальше сосуществовать на рынке при условии скромного роста добычи в США», — отметил он, но предупредил, что ОПЕК+ не собирается слишком долго сокращать добычу, чтобы не допустить существенного роста добычи сланцевой нефти.

Источник: www.interfax.ru

0

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.